Cлово "ПЕРВЫЙ"


А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J L M N O P Q R S T U V
Поиск  

Варианты слова: ПЕРВЫХ, ПЕРВАЯ, ПЕРВОЙ, ПЕРВЫЕ

1. Король на площади
Входимость: 48.
2. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 17
Входимость: 30.
3. Из записных книжек и дневников (фрагменты)
Входимость: 16.
4. Балаганчик
Входимость: 14.
5. Тимофеев Л.: Александр Блок. Глава V. Блок в годы первой русской революции
Входимость: 14.
6. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 2
Входимость: 14.
7. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 13
Входимость: 14.
8. Тимофеев Л.: Александр Блок. Глава VI. Блок между первой революцией и войной
Входимость: 13.
9. Последние дни императорской власти (приложения)
Входимость: 13.
10. Андрей Турков. Александр Блок
Входимость: 12.
11. Возмездие
Входимость: 11.
12. Незнакомка
Входимость: 10.
13. Роза и крест. Дествие 4
Входимость: 10.
14. Песня судьбы
Входимость: 10.
15. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 16
Входимость: 9.
16. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 10
Входимость: 9.
17. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 4
Входимость: 8.
18. Тимофеев Л.: Александр Блок. Глава IV. Ранний период творчества Блока
Входимость: 8.
19. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 12
Входимость: 8.
20. Последние дни императорской власти (часть 2)
Входимость: 7.
21. Фокин П.: Блок без глянца (ознакомительный фрагмент). Жилище
Входимость: 7.
22. Праматерь. Франц Грильпарцер. Действие 5
Входимость: 7.
23. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 11
Входимость: 7.
24. Последние дни императорской власти (часть 3)
Входимость: 7.
25. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 15
Входимость: 5.
26. Тимофеев Л.: Александр Блок. Глава IX. Блок в начале Октябрьской революции
Входимость: 5.
27. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 5
Входимость: 5.
28. Тимофеев Л.: Александр Блок. Глава VII. Блок в годы войны
Входимость: 5.
29. Тимофеев Л.: Александр Блок. Глава III. Детство и юность Блока
Входимость: 5.
30. Роза и крест. Дествие 3
Входимость: 5.
31. Фокин П.: Блок без глянца (ознакомительный фрагмент). Декламатор
Входимость: 4.
32. Фокин П.: Блок без глянца (ознакомительный фрагмент). Поэма и Её поэт
Входимость: 4.
33. Роза и крест
Входимость: 4.
34. Через двенадцать лет
Входимость: 4.
35. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 7
Входимость: 4.
36. Роза и крест. Из объяснительной записки для Художественного театра
Входимость: 4.
37. За гранью прошлых дней. 1898-1903гг.
Входимость: 4.
38. Роза и крест. К постановке в Художественном театре
Входимость: 4.
39. Фокин П.: Блок без глянца (ознакомительный фрагмент). Муж
Входимость: 4.
40. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 9
Входимость: 4.
41. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 6
Входимость: 4.
42. Фокин П.: Блок без глянца (ознакомительный фрагмент). Облик
Входимость: 4.
43. Ее прибытие
Входимость: 3.
44. Фокин П.: Блок без глянца (ознакомительный фрагмент). Творчество
Входимость: 3.
45. Голоса
Входимость: 3.
46. Владимир Соловьев и наши дни
Входимость: 3.
47. Последние дни императорской власти
Входимость: 3.
48. Голоса
Входимость: 3.
49. Роза и крест. Дествие 2
Входимость: 3.
50. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 14
Входимость: 3.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Король на площади
Входимость: 48. Размер: 58кб.
Часть текста: - высокая красавица в черных шелках. Поэт - юноша, руководимый на путях своих Зодчим, влюбленный в его Дочь. Шут - прихлебатель сцены и представитель здравого смысла. Иногда он прикрывает свое расшитое золотом брюхо священнической рясой. Влюбленные, Заговорщики, Придворный, Продавщица роз, Рабочие, Франты, Нищие, Лица и Голоса в толпе. Слухи - маленькие, красные, шныряют в городской пыли. ПРОЛОГ Городская площадь. Задний план занят белым фасадом дворца с высокой и широкой террасой; на массивном троне - гигантский Король. Корона покрывает зеленые, древние кудри, струящиеся над спокойным лицом, изборожденным глубокими морщинами. Тонкие руки лежат на ручках трона. Вся поза - величавая. В самом низу - у рампы - под высоким парапетом набережной - скамья; к ней с двух сторон спускаются лестницы. Скамья на берегу моря, которое узкой полосой подходит издали, слева огибая мыс с площадью и дворцом, и сливается с оркестром и театром, так что сцена представляет из себя только остров - случайный приют для действующих лиц. Солнце не взошло еще. Почти в полном мраке Шут, в качестве Пролога, подплывает с моря, привязывает свою лодку у берега, вынимает из нее удочку и узелок и садится на скамью....
2. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 17
Входимость: 30. Размер: 62кб.
Часть текста: "Скифы". Это также одно из самых злободневных произведений поэта. Накануне, 29 января, он занес в записную книжку: "Азия и Европа", а также формулу, с которой только что выступила советская делегация на переговорах с Германией в Бресте: "_Война прекращается, мир не подписан_". Формула эта явилась результатом той грубо ошибочной оценки положения Троцким и некоторыми другими, которую резко и четко квалифицировал В. И. Ленин: "Смотрели сквозь пальцы на гигантское разложение быстро демобилизующейся армии, уходящей с фронта. Упивались революционной фразой. Перенесли эту фразу на борьбу против всемирного империализма" ("Тяжелый, но необходимый урок") {В. И. Ленин, Полное собрание сочинений, т. 35, стр. 394.}. В особенности смещалась действительность в представлении левых эсеров, которые некоторое время после революции сотрудничали с большевиками. Блок, друживший в эту пору с одним из видных левоэсеровских литераторов, Ивановым-Разумником, печатался в газете этой партии "Знамя труда", где были, в частности, опубликованы и "Двенадцать", и "Интеллигенция и революция", и "Скифы". События революции были так же многообразны, пестры и зачастую противоречивы, как и суждения о ней и ее будущем, раздававшиеся вокруг Блока. Не удивительно, что и поэт, не отличавшийся ясностью политических взглядов, зачастую на основании всего этого создавал свои собственные, довольно фантастические во многом концепции, где тонкая интуиция соседствовала с представлениями,...
3. Из записных книжек и дневников (фрагменты)
Входимость: 16. Размер: 79кб.
Часть текста: (фрагменты) 1901 26 сентября В знаменье видел я вещий сон. Что-то порвалось во времени, и ясно явилась мне Она, иначе ко мне обращенная, - и раскрылось тайное. Я видел, как семья отходила, а я, проходя, внезапно остановился в дверях перед ней. Она была одна и встала навстречу и вдруг протянула руки и сказала странное слово туманно о том, что я с любовью к ней. Я же, держа в руках стихи Соловьева, подавал ей, и вдруг это уж не стихи, а мелкая немецкая книга - и я ошибся. А она все протягивала руки, и занялось сердце. И в эту секунду, на грани ясновиденья, я, конечно, проснулся 1902 * * * Стихи - это молитвы. Сначала вдохновенный поэт-апостол слагает ее в божественном экстазе. И все, чему он слагает ее, - в том кроется его настоящий бог. Диавол уносит его - и в нем находит он опрокинутого, искалеченного, - но все милее, - бога. А если так, есть бог и во всем тем более - не в одном небе бездонном, а и в "весенней неге" и в "женской любви". Потом чуткий читатель. Вот он схватил жадным сердцем неведомо полные для него строки, и в этом уже и он празднует своего бога. Вот таковы стихи. Таково истинное вдохновение. Об него, как об веру, о "факт веры", как таковой, "разбиваются волны всякого скептицизма". Еще, значит, и в стихах видим подтверждение (едва ли нужное) витания среди нас того незыблемого Бога, Рока, Духа... кого жалким, бессмысленным и глубоко звериным воем встретили французские революционеры, а гораздо позже и наши шестидесятники. Рече безумец в сердце своем: несть бог". __________ В минуту смятенья и борьбы лжи и правды (всегда борются бог и диавол - и тут они же борются)...
4. Балаганчик
Входимость: 14. Размер: 23кб.
Часть текста: ветер подал знак. Пьеро Неверная! Где ты? Сквозь улицы сонные Протянулась длинная цепь фонарей, И, пара за парой, идут влюбленные, Согретые светом любви своей. Где же ты? Отчего за последней парою Не вступить и нам в назначенный круг? Я пойду бренчать печальной гитарою Под окно, где ты пляшешь в хоре подруг! Нарумяню лицо мое, лунное, бледное, Нарисую брови и усы приклею, Слышишь ты, Коломбина, как сердце бедное Тянет, тянет грустную песню свою? Пьеро размечтался и оживился. Но из-за занавеса сбоку вылезает обеспокоенный автор. Автор Что он говорит? Почтеннейшая публика! Спешу уверить, что этот актер жестоко насмеялся над моими авторскими правами. Действие происходит зимой в Петербурге. Откуда же он взял окно и гитару? Я писал мою драму не для балагана... Уверяю вас... Внезапно застыдившись своего неожиданного появления, прячется обратно за занавес. Пьеро (Он не обратил внимания на автора. Сидит и мечтательно вздыхает) Коломбина! Первый мистик Ты слушаешь? Второй мистик Да. Третий мистик Приближается дева из дальней страны. Первый мистик О, как мрамор - черты! Второй мистик О, в очах - пустота! Третий мистик О, какой чистоты и какой белизны! Первый мистик Подойдет - и мгновенно замрут голоса. Второй мистик Да. Молчанье наступит. Третий мистик Надолго ли? Первый мистик Да. Второй мистик Вся бела, как снега. Третий мистик За плечами - коса. Первый мистик Кто ж она? Второй наклоняется и что-то шепчет на ухо первому. Второй мистик Ты не выдашь меня? Первый мистик (в неподдельном ужасе) Никогда! Автор опять испуганно высовывается, но быстро исчезает, как будто его оттянул кто-то...
5. Тимофеев Л.: Александр Блок. Глава V. Блок в годы первой русской революции
Входимость: 14. Размер: 42кб.
Часть текста: талией, с воротником, подпирающим шею, высоким и синим, супруга поэта одета подчеркнуто чопорно; в воздухе — запах духов, молодая, веселая, очень изящная пара! Но... Но... Александр ли Блок, — юноша этот, с лицом, на котором без вспышек румянца горит розоватый обветр? Не то «Молодец» сказок, не то — очень статный военный. Но образ, который во мне возникал, был иной: роста малого, с бледно-болезненным, очень тяжелым лицом, с небольшими ногами, в одежде, не сшитой отлично, вперенный всегда в горизонт беспокоящий фосфором глаз; и — с зачесанными волосами; таким вставал Блок из раздумий... Разочарованье!» И позднее, приехав к Блоку в Шахматово, Белый воспринял его так же: «Александр Александрович, статный, высокий и широкогрудый, покрытый загаром, в белейшей рубахе, прошитой пурпуровыми лебедями, с кудрями, рыжевшими в солнце (без шапки), в больших сапогах, колыхаясь кистями расшитого пояса, — «молодец добрый» из сказок: не Блок!» Белый с досадой подбирает детали, характерные для житейской простоты Блока, столь не идущей к мистику, который кажется ему «псевдонимом того, кто привык, сидя вечером на обомшелом бревне с синеватым дымком папиросы, бросать чуть надтреснутым голосом домыслы, чисто хозяйственные, занимающие много места; меня приведя к огородику, четко окопанному, взяв лопату, воткнув ее в землю, сказал: «Знаешь, Боря, я эту канаву весною копал... я работаю — каждой весною тут!» В письмах Блока к родным, относящихся к этому же времени, все переполнено домостроительством. Он пишет матери: «Маменька, вот тебе ключ», «поросята — превосходные звери... две телки остались «на племя». Я написал две... рецензии... около орешника будет картофель... сделана новая калитка. Зачем ты велела...

© 2000- NIV