Cлово "РУССКИЙ"


А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J L M N O P Q R S T U V
Поиск  

Варианты слова: РУССКОЙ, РУССКОГО, РУССКИХ, РУССКАЯ

1. Тимофеев Л.: Александр Блок. Глава VI. Блок между первой революцией и войной
Входимость: 17.
2. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 10
Входимость: 14.
3. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 9
Входимость: 14.
4. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 17
Входимость: 12.
5. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 4
Входимость: 12.
6. Андрей Турков. Александр Блок
Входимость: 12.
7. Из записных книжек и дневников (фрагменты)
Входимость: 11.
8. Возмездие
Входимость: 11.
9. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 2
Входимость: 10.
10. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 13
Входимость: 10.
11. Тимофеев Л.: Александр Блок. Глава IV. Ранний период творчества Блока
Входимость: 10.
12. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 16
Входимость: 9.
13. Тимофеев Л.: Александр Блок. Глава VII. Блок в годы войны
Входимость: 8.
14. Последние дни императорской власти (приложения)
Входимость: 8.
15. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 11
Входимость: 8.
16. Последние дни императорской власти (часть 2)
Входимость: 7.
17. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 7
Входимость: 7.
18. Фокин П.: Блок без глянца (ознакомительный фрагмент). Поэма и Её поэт
Входимость: 7.
19. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 5
Входимость: 6.
20. Праматерь. Франц Грильпарцер
Входимость: 6.
21. Последние дни императорской власти
Входимость: 5.
22. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 8
Входимость: 5.
23. Песня судьбы
Входимость: 5.
24. Андрей Турков. Александр Блок. Краткая библиография
Входимость: 4.
25. Незнакомка
Входимость: 4.
26. Тимофеев Л.: Александр Блок. Глава VIII. Блок в 1917 году
Входимость: 4.
27. Тимофеев Л.: Александр Блок. Глава V. Блок в годы первой русской революции
Входимость: 4.
28. Фокин П.: Блок без глянца (ознакомительный фрагмент). Предки
Входимость: 4.
29. Фокин П.: Блок без глянца (ознакомительный фрагмент). Отец. Александр Львович Блок
Входимость: 3.
30. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 12
Входимость: 3.
31. Тимофеев Л.: Александр Блок. Глава IX. Блок в начале Октябрьской революции
Входимость: 3.
32. Тимофеев Л.: Александр Блок. Глава III. Детство и юность Блока
Входимость: 3.
33. Рамзес
Входимость: 3.
34. Фокин П.: Блок без глянца (ознакомительный фрагмент). Увлечения, пристрастия, привычки
Входимость: 3.
35. Тимофеев Л.: Александр Блок. Глава X. Последние годы жизни Блока
Входимость: 2.
36. Последние дни императорской власти (часть 3)
Входимость: 2.
37. Последнее напутствие
Входимость: 2.
38. О любви, поэзии и государственной службе
Входимость: 2.
39. Владимир Соловьев и наши дни
Входимость: 2.
40. В дюнах
Входимость: 2.
41. Балаганчик
Входимость: 2.
42. Фокин П.: Блок без глянца (ознакомительный фрагмент). Характер
Входимость: 2.
43. Тимофеев Л.: Александр Блок. Глава I. Блок и современность
Входимость: 2.
44. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 14
Входимость: 2.
45. * * * (Права русского исторью)
Входимость: 2.
46. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 3
Входимость: 2.
47. "Нелепый человек"
Входимость: 2.
48. Сквозь винный хрусталь ("В длинной сказке...")
Входимость: 1.
49. Король на площади
Входимость: 1.
50. Фокин П.: Блок без глянца (ознакомительный фрагмент). Шахматово
Входимость: 1.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Тимофеев Л.: Александр Блок. Глава VI. Блок между первой революцией и войной
Входимость: 17. Размер: 101кб.
Часть текста: «Поражение революции 1905 года породило распад и разложение в среде попутчиков революции. Особенно усилились разложение и упадочничество в среде интеллигенции. Попутчики, пришедшие в ряды революции из буржуазной среды в период бурного подъема революции, отошли от партии в дни реакции. Часть их ушла в лагерь открытых врагов революции, часть засела в уцелевших легальных обществах рабочего класса и старалась свернуть пролетариат с революционного пути, старалась дискредитировать революционную партию пролетариата. Отходя от революции, попутчики старались приспособиться к реакции, ужиться с царизмом. Царское правительство использовало поражение революции, чтобы наиболее трусливых и шкурнически настроенных попутчиков революции завербовать себе в агенты - в провокаторы. ... Наступление контрреволюции шло и на идеологическом фронте. Появилась целая орава модных писателей, которые «критиковали» и «разносили» марксизм, оплевывали революцию, издевались над ней, воспевали предательство, воспевали половой разврат под видом ««культа личности». В области философии усилились попытки «критики», ревизии марксизма, а также появились всевозможные религиозные течения, прикрытые якобы «научными» доводами....
2. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 10
Входимость: 14. Размер: 44кб.
Часть текста: Если долго вглядываться, они начинали обретать какую-то реальность. Того и гляди выплывут врубелевские "души" раковин с их тревожными глазами. Врубель - в сумасшедшем доме. Сумасшедший дом в нынешней России - это как матрешка в матрешке. О, господи... Лучше о чем-нибудь другом. Беллини, Бокаччио Боккачино - смешное сочетание, но какой прекрасный художник! "Удивительные девушки", - стоит в записной книжке; пустые слова, вроде водорослей, оставшихся после бурного прибоя. Удивительные девушки... Можно ли так сказать про чеховских трех сестер? Почему это вдруг - Чехов? Потому что перед отъездом кто-то вспоминал? Когда-то здесь, в Венеции, увидели в соборе св. Марка сутулого старика в коричневой крылатке ("живой, точно ртутью налитой!") и рядом с ним молодого, но флегматичного человека. Это были Суворин и Чехов (странная дружба!). - Вот, все просится скорее в Рим, - досадовал Суворин на спутника. - Авось, говорит, там можно где-нибудь хоть на травке полежать! Да нет, не только поэтому вспомнился Чехов. Он был последним из русских впечатлений, высочайшим, и вот Россия вдали, а оно живет и не уступает всем прекрасным видениям Италии. "...Вечером я воротился совершенно потрясенный с "Трех сестер", - писал Блок матери накануне отъезда. - Это - угол великого русского искусства, один из случайно сохранившихся, каким-то чудом не заплеванных углов моей пакостной, грязной, тупой и кровавой родины... Я не досидел Метерлинка и Гамсуна, к "Ревизору" продирался все-таки сквозь полувековую толщу, а Чехова принял всего, как он есть, в пантеон своей души и разделил его слезы, печаль и унижение...." Пантеон моей души... Тут бы Чехов усмехнулся... Ему - где-нибудь хоть на травке полежать. Вот было бы странное и прекрасное надгробие: человек лежит на травке и смотрит в небо! А Суворин напрасно возмущался: чеховское безразличие было внешним. Венеция-то ему очень понравилась. "Это сплошное очарование, блеск, радость жизни, -...
3. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 9
Входимость: 14. Размер: 39кб.
Часть текста: вроде "Мира искусства", кто поодиночке, на свой собственный страх и риск, бережно "промывали" в своих "лотках" целые пласты народного быта, обычаев, архитектуры, живописи, которые многим до этого казались "пустой породой". Уже в очерке Блока "Девушка розовой калитки и муравьиный царь" "древней, прошедшей красоте" западной истории была противопоставлена иная, до сих пор не вскрытая, заслоненная "толстой безобразной парчой, покрывавшей боярские брюхи", страницами официальной истории, таящаяся за самой неказистой внешностью: "Все так и прет прямо в глаза, лубочное, аляповатое, разбухшее... Да и стоит ли смотреть на это небо, серое, как мужицкий тулуп, без голубых просветов, без роз небесных, слетающих на землю от германской зари, без тонкого профиля замка над горизонтом. Здесь от края и до края - чахлый кустарник. Пропадешь в нем, а любишь его смертной любовью; выйдешь в кусты, станешь на болоте. И ничего-то больше не надо. Золото, золото где-то в недрах поет". Это то сказочное болото, где лягушка обертывается царевной. Недаром современники говорили о начале века как о русском "Возрождении": как когда-то в Италии стали по-новому глядеть на античные статуи, так в России постепенно стали предметом пристального изучения архитектура сначала более близких времен - XVII-XVIII веков, а затем все более древняя, иконы, древняя скульптура и т. д. Даже "уходя в века загадочно-былые" (Брюсов), художники могли чувствовать, что они, по выражению Александра Бенуа, отстаивают "русскую духовную культуру, русское искусство, после того как посрамлена и затоптана в грязь вся русская действительность". Какие бы плотины гнета и реакции ни перегораживали русло творчества народного, течение жизни не переставало подмывать вставшие на пути преграды, искало любых путей, чтобы прорвать, а не то - обойти их, уходило под землю, чтобы вынырнуть за тридевять земель, в неожиданном месте. Не в общественно-политической жизни, так в науке, не в науке, так в...
4. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 17
Входимость: 12. Размер: 62кб.
Часть текста: сквозь пальцы на гигантское разложение быстро демобилизующейся армии, уходящей с фронта. Упивались революционной фразой. Перенесли эту фразу на борьбу против всемирного империализма" ("Тяжелый, но необходимый урок") {В. И. Ленин, Полное собрание сочинений, т. 35, стр. 394.}. В особенности смещалась действительность в представлении левых эсеров, которые некоторое время после революции сотрудничали с большевиками. Блок, друживший в эту пору с одним из видных левоэсеровских литераторов, Ивановым-Разумником, печатался в газете этой партии "Знамя труда", где были, в частности, опубликованы и "Двенадцать", и "Интеллигенция и революция", и "Скифы". События революции были так же многообразны, пестры и зачастую противоречивы, как и суждения о ней и ее будущем, раздававшиеся вокруг Блока. Не удивительно, что и поэт, не отличавшийся ясностью политических взглядов, зачастую на основании всего этого создавал свои собственные, довольно фантастические во многом концепции, где тонкая интуиция соседствовала с представлениями, заимствованными из самых разных источников. "Скифы" - одно из таких произведений. В прошлом некоторые значительные из русских писателей и мыслителей, связанных с консервативным лагерем, считали исторической миссией России - противостоять "разрушительным" революционным тенденциям Западной Европы. Об этом писал Ф. И. Тютчев в "России и революции" {Впрочем, отношение Тютчева к революции было сложным. См. об этом прекрасную статью Л. К. Долгополова "Тютчев и Блок" ("Русская литература", 1967, Ќ 2).}. В свою очередь, и философ К. Леонтьев видел в верности "византийским" началам царизма залог выполнения того же исторического предначертания: "...Под его (византизма. - А. Т.) знаменем, если мы будем ему верны, мы, конечно, будем в силах выдержать натиск и целой интернациональной Европы, если бы она, разрушивши у себя все благородное, осмелилась когда-нибудь и нам предписать гниль и смрад своих...
5. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 4
Входимость: 12. Размер: 25кб.
Часть текста: война. Поначалу мало кто предвидел ее исход и значение для будущей русской истории. Всякие сомнения в победе решительно пресекались не только в правительственной прессе, но даже и в таких журналах, как "Новый путь". "Нужна большая историческая забывчивость, - говорилось в февральском номере, - и долгое пренебрежение ко всему выходящему за круг традиционных "внутренних задач", чтобы ставить еще иногда слышный, наивный вопрос: не ждет ли нас теперь "второй Севастополь"? Всего вернее будет ответить на него: "да, если угодно, нас ждет Севастополь, но именно второй, т. е. как и следует "второму", - _обратный_ Севастополь". "Надо бросить на произвол судьбы Артур (Порт-Артур. - А. Т.) и Владивосток - пусть берут их японцы, - строит планы кампании воинственно настроенный Брюсов. - А мы взамен возьмем Токио, Хакодате, Иокогаму! ...Россия _должна_ владычествовать на Дальнем Востоке. Великий океан - наше озеро..." Близкий знакомый Блока и по университету и по кругу "Нового пути", поэт Леонид Семенов возглавляет верноподданническую манифестацию к Зимнему дворцу. Сначала и Блок подпадает под влияние ура-патриотических настроений. 30 января он заносит в записную книжку: "Хорошая законная сходка", явно противопоставляя ее иным, "незаконным", в которых участвуют студенты, "брюхатые" от либерализма", как насмешливо аттестует их Блок в одном из писем к отцу. "А как хороша война, сколько она разбудила!" - восклицает он в письме к приятелю, А. В. Гиппиусу. Сколько и скольких она и впрямь разбудила, эта жестокая война! Вскоре ряд крупных поражений отрезвляет журнальных вояк, а кое-кто начинает сравнивать современные события с Крымской войной 1854-1856 годов, приведшей к крестьянской реформе. Так, отец Л. Д. Блок, Д. И. Менделеев, пишет: "Каждый русский, начиная от царя, судя по его манифестам, знает, что у нас еще многое не в должном порядке, что во многих наших внутренних делах настоятельно нужны прогрессивные, т. е. улучшающие, реформы; но большинство...

© 2000- NIV