Cлово "ВЫСОКИЙ"


А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J L M N O P Q R S T U V
Поиск  

Варианты слова: ВЫШЕ, ВЫСОКО, ВЫСОКОЙ, ВЫСОК

1. Песня судьбы
Входимость: 14.
2. Король на площади
Входимость: 13.
3. Тимофеев Л.: Александр Блок. Глава VI. Блок между первой революцией и войной
Входимость: 11.
4. К "Дионису Гиперборейскому"
Входимость: 11.
5. Из записных книжек и дневников (фрагменты)
Входимость: 8.
6. Тимофеев Л.: Александр Блок. Глава V. Блок в годы первой русской революции
Входимость: 8.
7. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 14
Входимость: 8.
8. Все стихотворения
Входимость: 7.
9. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 6
Входимость: 7.
10. Тимофеев Л.: Александр Блок. Глава IV. Ранний период творчества Блока
Входимость: 6.
11. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 16
Входимость: 6.
12. Фокин П.: Блок без глянца (ознакомительный фрагмент). Жилище
Входимость: 6.
13. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 2
Входимость: 6.
14. Фокин П.: Блок без глянца (ознакомительный фрагмент). Облик
Входимость: 6.
15. Возмездие
Входимость: 6.
16. Действо о Теофиле
Входимость: 5.
17. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 7
Входимость: 5.
18. Поэма (старый розовый куст)
Входимость: 5.
19. Фокин П.: Блок без глянца (ознакомительный фрагмент). Шахматово
Входимость: 4.
20. Тимофеев Л.: Александр Блок. Глава III. Детство и юность Блока
Входимость: 4.
21. Сборник "Стихи о Прекрасной Даме". 1901-1902гг.
Входимость: 4.
22. О любви, поэзии и государственной службе
Входимость: 4.
23. Над озером
Входимость: 4.
24. * * * (Люблю высокие соборы)
Входимость: 3.
25. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 8
Входимость: 3.
26. Праматерь. Франц Грильпарцер. Действие 1
Входимость: 3.
27. Праматерь. Франц Грильпарцер. Действие 4
Входимость: 3.
28. Тимофеев Л.: Александр Блок. Глава IX. Блок в начале Октябрьской революции
Входимость: 3.
29. Праматерь. Франц Грильпарцер. Действие 2
Входимость: 3.
30. Фокин П.: Блок без глянца (ознакомительный фрагмент). Характер
Входимость: 3.
31. Фокин П.: Блок без глянца (ознакомительный фрагмент). Декламатор
Входимость: 2.
32. * * * (Вхожу я в темные храмы)
Входимость: 2.
33. Незнакомка
Входимость: 2.
34. * * * (На небе - празелень, и месяца осколок...)
Входимость: 2.
35. Заклятие огнем и мраком
Входимость: 2.
36. На чердаке ("Что на свете выше...")
Входимость: 2.
37. Последние дни императорской власти (часть 2)
Входимость: 2.
38. Тимофеев Л.: Александр Блок. Глава I. Блок и современность
Входимость: 2.
39. * * * (Высоко с темнотой сливается стена)
Входимость: 2.
40. На снежном костре ("И взвился костер высокий...")
Входимость: 2.
41. * * * (Ты горишь над высокой горою)
Входимость: 2.
42. Рассвет ("Я встал и трижды поднял руки")
Входимость: 2.
43. * * * (Глухая полночь медленный кладет покров)
Входимость: 2.
44. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 5
Входимость: 2.
45. Балаганчик
Входимость: 2.
46. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 11
Входимость: 2.
47. Заклинание
Входимость: 2.
48. * * * (Бегут неверные дневные тени)
Входимость: 2.
49. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 13
Входимость: 2.
50. Влюбленность("Королевна жила на высокой горе...")
Входимость: 2.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Песня судьбы
Входимость: 14. Размер: 102кб.
Часть текста: раздается немолчно в ушах твоя тоскливая, несущаяся по всей длине и широте твоей, от моря до моря, песня? Что в ней, в этой песне? Что зовет, и рыдает, и хватает за сердце? - Русь! Чего же ты хочешь от меня? Какая непостижимая связь таится между нами? - Что пророчит сей необъятный простор? Здесь ли, в тебе ли не родиться беспредельной мысли, когда ты сама без конца? Здесь ли не быть богатырю, когда есть место, где развернуться и пройтись ему? Гоголь ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА Герман. Елена, жена Германа. Мать Германа. Друг Германа. Монах. Фаина. Спутник Фаины. Коробейник. Толпа. ПЕРВАЯ КАРТИНА Северный апрель - Вербная Суббота. На холме - белый дом Германа, окруженный молодым садом, сияет под весенним закатом, охватившим все небо. Большое окно в комнате Елены открыто в сад, под капель. Дорожка спускается от калитки и вьется под холмом, среди кустов и молодых березок. Другие холмы, покрытые глыбами быстро тающего снега, уходят цепью вдаль и теряются в лысых и ржавых пространствах болот. Там земля сливается с холодным, ярким и четким небом. - Вдали зажигаются огоньки, слышен собачий лай и ранний редкий птичий свист. На ступенях крыльца, перед большим цветником, над раскрытой книгой с картинками, дремлет Герман. Елена, вся в белом, выходит из дверей, некоторое время смотрит на Германа, потом нежно берет его за руку. Елена Проснись, Герман! пока ты спал, к нам принесли больного. Герман (в полусне) Я опять уснул. Во сне - все белое. Я видел большую белую лебедь; она плыла к тому берегу...
2. Король на площади
Входимость: 13. Размер: 58кб.
Часть текста: на путях своих Зодчим, влюбленный в его Дочь. Шут - прихлебатель сцены и представитель здравого смысла. Иногда он прикрывает свое расшитое золотом брюхо священнической рясой. Влюбленные, Заговорщики, Придворный, Продавщица роз, Рабочие, Франты, Нищие, Лица и Голоса в толпе. Слухи - маленькие, красные, шныряют в городской пыли. ПРОЛОГ Городская площадь. Задний план занят белым фасадом дворца с высокой и широкой террасой; на массивном троне - гигантский Король. Корона покрывает зеленые, древние кудри, струящиеся над спокойным лицом, изборожденным глубокими морщинами. Тонкие руки лежат на ручках трона. Вся поза - величавая. В самом низу - у рампы - под высоким парапетом набережной - скамья; к ней с двух сторон спускаются лестницы. Скамья на берегу моря, которое узкой полосой подходит издали, слева огибая мыс с площадью и дворцом, и сливается с оркестром и театром, так что сцена представляет из себя только остров - случайный приют для действующих лиц. Солнце не взошло еще. Почти в полном мраке Шут, в качестве Пролога, подплывает с моря, привязывает свою лодку у берега, вынимает из нее удочку и узелок и садится на скамью. Шут Еще и солнцу лень светиться, А я - на берегу. Светила могут не трудиться, А я вот - не могу. Но я без них нашел дорогу И вот, приплыл сюда, Чтоб здравостью своей немного Смягчить вас, господа. Вот здесь - дворец на темном фоне, И на террасе - трон. Король, как видите, в короне, И стар и удручен. Перед дворцом гуляет всякий, Кто хочет отдохнуть. Лишь демократу и собаке Здесь не показан путь. Здесь - чистой публике дорога, Здесь для нее - скамья. И только на правах Пролога На ней присел и я. Передо мной - в оркестре - море, Волна его темна, Но если солнце встанет вскоре, Увижу все ...
3. Тимофеев Л.: Александр Блок. Глава VI. Блок между первой революцией и войной
Входимость: 11. Размер: 101кб.
Часть текста: использовало поражение революции, чтобы наиболее трусливых и шкурнически настроенных попутчиков революции завербовать себе в агенты - в провокаторы. ... Наступление контрреволюции шло и на идеологическом фронте. Появилась целая орава модных писателей, которые «критиковали» и «разносили» марксизм, оплевывали революцию, издевались над ней, воспевали предательство, воспевали половой разврат под видом ««культа личности». В области философии усилились попытки «критики», ревизии марксизма, а также появились всевозможные религиозные течения, прикрытые якобы «научными» доводами. «Критика» марксизма стала модой. Все эти господа, несмотря на всю их разношерстность, преследовали одну общую цель -отвратить массы от революции». Таковы были эти годы. В литературу хлынула мутная волна порнографии и обывательщины. Появились произведения, разрабатывавшие «проблемы» однополой любви - мужской («Крылья» Кузьмина) и женской («33 урода» - Зиновьевой-Аннибал). Нашумевший роман Арцыбашева «Санин» провозглашал «культ личности» и в качестве героя изображал по сути дела уголовного преступника, насиловавшего женщин и намеревавшегося соблазнить собственную сестру. В образе Санина Арцыбашев, как заметил Горький, дал совет человеку «упростить себя путем превращения в животное». Второстепенные писатели вроде А. Каменского, Вербицкой и других на все лады варьировали порнографические темы. Примером массового распространения такого типа литературы могут служить широко рекламируемые объявления о выходе в эти годы иллюстрированных журналов, самые названия которых говорят об их содержании: «Декольте» («единственный по оригинальности журнал для взрослых»), «Натурщица»...
4. К "Дионису Гиперборейскому"
Входимость: 11. Размер: 8кб.
Часть текста: туда, где ледяная, безответная красота распустила<сь>, как снежный цветок, "не требуя награды" за свое великолепие. Ледяное безмолвие этой Мировой Красоты нарушается только изредка хрустальными звонами осыпающихся в долину сцены ледяных алмазов. Люди говорят: вот мы достигли вершин красоты мировой. Куда же еще идти? - Люди ропщут на вождя своего, который сам опускается в (на) вышине, в глубокой усталости, на снежный утес. Вождь. Отдохнем. Но снова и снова будем восходить. Какие у тебя прозрачные руки, сестра! (Какие у тебя восковые черты, брат!) А у тебя, брат, черты так тонки, будто вылеплены из воска. Кто-то. Поднимаясь все выше, я видел вверху, над своей головой, ряды долин, где можно сесть и отдохнуть от пути. Но теперь уже напрасно искать этих долин. Над нами уже нет ни одной долины - та, где мы теперь отдыхаем, - это последняя. Те, что ушли от нас еще выше, обречены на скитание по крутизнам, по вершинам бесплодных скал, готовых рухнуть в самые глубокие пропасти. Они будут скитаться и умирать в этой вышине, если только у них не вырастут крылья. Тогда, быть может, они полетят еще выше, но мы уже ничего не услышим о них и не узнаем от них. Они будут чужды нам, как ангелы того бога, которого мы никогда не видали, но о котором столько говорят вон там, внизу, где темными пятнами лежат города и селения. Вождь. Став на этот путь, я знал, что немногие останутся со мной. Я никого не могу принуждать следовать путями смелых туда, где в лучах заката почивает наш бог. Смелые, идите за мною - выше, ибо среди этих камней я еще не вижу моего бога. Слабые и усталые, отчаявшиеся в пути, оставайтесь здесь, в последней долине, обреченные на добровольную смерть и на скитания среди обнаженных скал. Кто-то. Смотри, вожатый: это - последняя точка, с которой видна в тумане покинутая нами...
5. Из записных книжек и дневников (фрагменты)
Входимость: 8. Размер: 79кб.
Часть текста: его настоящий бог. Диавол уносит его - и в нем находит он опрокинутого, искалеченного, - но все милее, - бога. А если так, есть бог и во всем тем более - не в одном небе бездонном, а и в "весенней неге" и в "женской любви". Потом чуткий читатель. Вот он схватил жадным сердцем неведомо полные для него строки, и в этом уже и он празднует своего бога. Вот таковы стихи. Таково истинное вдохновение. Об него, как об веру, о "факт веры", как таковой, "разбиваются волны всякого скептицизма". Еще, значит, и в стихах видим подтверждение (едва ли нужное) витания среди нас того незыблемого Бога, Рока, Духа... кого жалким, бессмысленным и глубоко звериным воем встретили французские революционеры, а гораздо позже и наши шестидесятники. Рече безумец в сердце своем: несть бог". __________ В минуту смятенья и борьбы лжи и правды (всегда борются бог и диавол - и тут они же борются) взошли новые цветы - цветы символизма, всех веков, стран и народов. Заглушенная криками богохульников, старая сила почуяла и послышала, как воспрянул ее бог, - и откликнулась ему. К одному вечному, незыблемому камню бога подвалился и еще такой камень - "в предвестие, иль в помощь, иль в награду". Это была новая поэзия в частности и новое искусство вообще. К воздвиженью мысли, ума присоединилось воздвиженье чувства, души. И все было в боге. Есть люди, с которыми нужно и можно говорить только о простом и "логическом", - это те, с которыми не ощущается связи мистической. С другими - с которыми все непрестанно чуется сродство на какой бы ни было почве - надо говорить о сложном и "глубинном". Тут-то выяснятся истины мира - через общение глубин (см. Брюсов). __________ Есть два рода литературных декадентов: хорошие и дурные; хорошие - это те, которых не следует называть декадентами (пока только...

© 2000- NIV