Cлово "ПРИЙТИ"


А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J L M N O P Q R S T U V
Поиск  

Варианты слова: ПРИДИ, ПРИДЕТ, ПРИШЛА, ПРИШЛО, ПРИШЕЛ

1. Песня судьбы
Входимость: 20.
2. Последние дни императорской власти (часть 3)
Входимость: 17.
3. Действо о Теофиле
Входимость: 16.
4. Король на площади
Входимость: 11.
5. Из записных книжек и дневников (фрагменты)
Входимость: 11.
6. Праматерь. Франц Грильпарцер. Действие 2
Входимость: 10.
7. Последние дни императорской власти (приложения)
Входимость: 8.
8. Праматерь. Франц Грильпарцер. Действие 1
Входимость: 7.
9. Все стихотворения
Входимость: 7.
10. Возмездие
Входимость: 7.
11. Тимофеев Л.: Александр Блок. Глава VI. Блок между первой революцией и войной
Входимость: 6.
12. Роза и крест
Входимость: 5.
13. Балаганчик
Входимость: 5.
14. Рамзес
Входимость: 5.
15. * * * (Придут незаметные белые ночи...)
Входимость: 4.
16. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 5
Входимость: 4.
17. Последние дни императорской власти (часть 2)
Входимость: 4.
18. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 7
Входимость: 4.
19. Праматерь. Франц Грильпарцер. Действие 3
Входимость: 4.
20. Праматерь. Франц Грильпарцер. Действие 5
Входимость: 4.
21. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 17
Входимость: 4.
22. Фокин П.: Блок без глянца (ознакомительный фрагмент). Поэма и Её поэт
Входимость: 3.
23. Скифы
Входимость: 3.
24. * * * (Глухая полночь медленный кладет покров)
Входимость: 3.
25. Последние дни императорской власти
Входимость: 3.
26. В дюнах
Входимость: 3.
27. Незнакомка
Входимость: 3.
28. * * * (Хожу, брожу понурый...)
Входимость: 3.
29. Разные стихотворения. 1904-1908гг.
Входимость: 3.
30. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 13
Входимость: 3.
31. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 4
Входимость: 2.
32. Снежна Дева ("Она пришла из дикой дали...")
Входимость: 2.
33. Тимофеев Л.: Александр Блок. Глава IV. Ранний период творчества Блока
Входимость: 2.
34. * * * (Ушел он, скрылся в ночи)
Входимость: 2.
35. * * * (Я укрыт до времени в приделе)
Входимость: 2.
36. Жизнь моего приятеля
Входимость: 2.
37. Фокин П.: Блок без глянца (ознакомительный фрагмент). Шахматово
Входимость: 2.
38. * * * (Она пришла с заката...)
Входимость: 2.
39. Не пришел на свиданье ("Поздним вечером ждала...")
Входимость: 2.
40. Владимир Соловьев и наши дни
Входимость: 2.
41. * * * (Она пришла с мороза...)
Входимость: 2.
42. Роза и крест. Дествие 4
Входимость: 2.
43. * * * (Видно дни золотые пришли)
Входимость: 2.
44. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 11
Входимость: 2.
45. * * * (Не строй жилищ у речных излучин...)
Входимость: 2.
46. Андрей Турков. Александр Блок. Часть 6
Входимость: 2.
47. Ночная Фиалка
Входимость: 2.
48. Песня Фаины ("Когда гляжу в глаза твои...")
Входимость: 2.
49. Тимофеев Л.: Александр Блок. Глава VIII. Блок в 1917 году
Входимость: 2.
50. * * * (Ты придешь и обнимешь...)
Входимость: 2.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Песня судьбы
Входимость: 20. Размер: 102кб.
Часть текста: молодым садом, сияет под весенним закатом, охватившим все небо. Большое окно в комнате Елены открыто в сад, под капель. Дорожка спускается от калитки и вьется под холмом, среди кустов и молодых березок. Другие холмы, покрытые глыбами быстро тающего снега, уходят цепью вдаль и теряются в лысых и ржавых пространствах болот. Там земля сливается с холодным, ярким и четким небом. - Вдали зажигаются огоньки, слышен собачий лай и ранний редкий птичий свист. На ступенях крыльца, перед большим цветником, над раскрытой книгой с картинками, дремлет Герман. Елена, вся в белом, выходит из дверей, некоторое время смотрит на Германа, потом нежно берет его за руку. Елена Проснись, Герман! пока ты спал, к нам принесли больного. Герман (в полусне) Я опять уснул. Во сне - все белое. Я видел большую белую лебедь; она плыла к тому берегу озера, грудью прямо на закат... Елена Солнце на закате и бьет тебе в глаза: а ты все спишь, все видишь сны. Герман Все белое, Елена. И ты вся в белом... А как сияли перья на груди и на крыльях... Елена Проснись, милый, мне тревожно, мне тоскливо. К нам принесли больного... Герман (просыпается) Ты говоришь - больного? Странно, отчего к нам? Ведь здесь никто не ходит, дорога упирается прямо в наши ворота... Елена Он совсем больной, какой-то прозрачный, ничего не говорит... только посмотрел на меня большими, грустными глазами. Мне стало жутко, и я разбудила тебя... Герман Почему только его принесли сюда, когда к нам нет дороги... Елена Милый мой, мне странно, мне дивно, точно что-то должно случиться... Взгляни на него, Герман: он лежит у меня в комнате, на маленьком диване. Точно ангел с поломанным крылом. Герман Это сны продолжаются. Елена Не сны, Герман, а явь. Это страшнее снов. Только бы не заговорил. Точно он пришел звать меня из жизни... Герман Не надо так думать, Елена, не бойся. А то и я испугаюсь. Когда...
2. Последние дни императорской власти (часть 3)
Входимость: 17. Размер: 95кб.
Часть текста: Вырубову и даже Александру Федоровну, что ничего не делается, дабы изменить настроение в царской семье, и эти слова верны". Разговоры об ответственном министерстве уже были, Дубенский предполагает, что произошло нечто, и царь вызвал Алексеева. Царь уехал с тем, чтобы вернуться I марта. В четверг, 23 февраля, в Петербурге начались волнения. В равных частях города народ собирался с криками "хлеба". Появились красные знамена с революционными надписями. Бастовало от 43 до 5о предприятий, т.-е. от 78.500 до 87.500 рабочих. За порядком следила еще полиция, но вызывались уже и воинские наряды. Протопопов просил Хабалова выпустить воззвание к населению о том, что хлеба хватит. Хабалов пригласил пекарей и сказал им, что волнения вызваны не столько недостатком хлеба; сколько провокацией, последний вывод он сделал из донесения охранного отделения об аресте рабочей группы. Запасы города и уполномоченного достигали 500.000 пудов ржаной и пшеничной муки, чего, при желательном отпуске в 40.000 пудов, хватило бы дней на 10-12. Хабалов потребовал от Вейса, чтобы он увеличил отпуск муки. Вейс возражал, что надо быть осторожным, и доложил, что лично видел достаточные запасы муки в пяти лавках на Сампсониевском проспекте. Генерал для поручений Перцов, посланный Хабаловым,...
3. Действо о Теофиле
Входимость: 16. Размер: 39кб.
Часть текста: История Теофила первоначально написана по-гречески его учеником Евтихианом и переведена в прозе на латинский язык диаконом Павлом из Неаполя. Известная Гросвита Гандерсгеймская написала в X веке латинскую поэму об отречении и покаянии Теофила. Особенной популярностью пользовалась история в средние века; ее касались рейнский епископ Марбод (XI в.), монах Готье де Куинси (XIII в.), св. Бернард, св. Бонавентура, Альберт Великий; во многих церквах существуют лепные изображения истории, между прочим - два барельефа на северном портале Notre Dame de Paris. - Текст истории (с рукописи королевской библиотеки) напечатан в редкой теперь книге: Michel et Monmerque. Theatre francais au moyen age (XI-XIV s.). Paris. 1839. Chez Dellove editeur et Firmin Didot. Этим изданием текста и пользовался переводчик. ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА Мадонна. Кардинал. Теофил. Сатана, именуемый также Диавол. Саладин, волшебник. Задира, слуга Кардинала. Петр и Фома, товарищи Теофила. Здесь начинается история Теофила. Теофил Мой господин! В моей мольбе Я столько помнил о тебе! Все роздал, раздарил, что мог, И стал - совсем пустой мешок. Мой кардинал сказал мне: "Мат". Король мой загнан в угол, взят, А я вот - нищенствую сам... Подрясник свой к ростовщикам Снесу, иль жизни я лишусь... И как с прислугой разочтусь? И кто теперь прокормит их? А...
4. Король на площади
Входимость: 11. Размер: 58кб.
Часть текста: Дочь Зодчего - высокая красавица в черных шелках. Поэт - юноша, руководимый на путях своих Зодчим, влюбленный в его Дочь. Шут - прихлебатель сцены и представитель здравого смысла. Иногда он прикрывает свое расшитое золотом брюхо священнической рясой. Влюбленные, Заговорщики, Придворный, Продавщица роз, Рабочие, Франты, Нищие, Лица и Голоса в толпе. Слухи - маленькие, красные, шныряют в городской пыли. ПРОЛОГ Городская площадь. Задний план занят белым фасадом дворца с высокой и широкой террасой; на массивном троне - гигантский Король. Корона покрывает зеленые, древние кудри, струящиеся над спокойным лицом, изборожденным глубокими морщинами. Тонкие руки лежат на ручках трона. Вся поза - величавая. В самом низу - у рампы - под высоким парапетом набережной - скамья; к ней с двух сторон спускаются лестницы. Скамья на берегу моря, которое узкой полосой подходит издали, слева огибая мыс с площадью и дворцом, и сливается с оркестром и театром, так что сцена представляет из себя только остров - случайный приют для действующих лиц. Солнце не взошло еще. Почти в полном мраке Шут, в качестве Пролога, подплывает с моря, привязывает свою лодку у берега, вынимает из нее удочку и узелок и садится на скамью. Шут Еще и солнцу лень светиться, А я - на берегу. Светила могут не трудиться, А я вот - не могу. Но я без них нашел дорогу И вот, приплыл сюда, Чтоб здравостью своей немного Смягчить вас, господа. Вот здесь - дворец на темном фоне, И на террасе - трон. Король, как видите, в короне, И стар и удручен. Перед дворцом гуляет всякий, Кто хочет отдохнуть. Лишь демократу и собаке Здесь не показан путь. Здесь - чистой публике дорога, Здесь для нее - скамья. И только на правах Пролога На ней присел и я. Передо мной - в оркестре - море, Волна его темна, Но если...
5. Из записных книжек и дневников (фрагменты)
Входимость: 11. Размер: 79кб.
Часть текста: внезапно остановился в дверях перед ней. Она была одна и встала навстречу и вдруг протянула руки и сказала странное слово туманно о том, что я с любовью к ней. Я же, держа в руках стихи Соловьева, подавал ей, и вдруг это уж не стихи, а мелкая немецкая книга - и я ошибся. А она все протягивала руки, и занялось сердце. И в эту секунду, на грани ясновиденья, я, конечно, проснулся 1902 * * * Стихи - это молитвы. Сначала вдохновенный поэт-апостол слагает ее в божественном экстазе. И все, чему он слагает ее, - в том кроется его настоящий бог. Диавол уносит его - и в нем находит он опрокинутого, искалеченного, - но все милее, - бога. А если так, есть бог и во всем тем более - не в одном небе бездонном, а и в "весенней неге" и в "женской любви". Потом чуткий читатель. Вот он схватил жадным сердцем неведомо полные для него строки, и в этом уже и он празднует своего бога. Вот таковы стихи. Таково истинное вдохновение. Об него, как об веру, о "факт веры", как таковой, "разбиваются волны всякого скептицизма". Еще, значит, и в стихах видим подтверждение (едва ли нужное) витания среди нас того незыблемого Бога, Рока, Духа... кого жалким, бессмысленным и...

© 2000- NIV